«Мы получили возможность создать всё свое!»

Для чего создавался «Ростех» и чем он сейчас занимается, рассказывает Сергей Чемезов

Гендиректор «Ростеха» Сергей Чемезов одним из первых попал под санкции из-за украинского кризиса. Но уверяет, особых проблем это ему не создало. Для экономики новые условия могут стать шансом развить те секторы, которые до сих пор отставали. И в минусе, считает Чемезов, останутся те, кто ушел сейчас из России: вернуться на рынок им будет очень сложно. Планов у «Ростеха» громадье: с господдержкой корпорация готова разрабатывать программное обеспечение, производить медицинские препараты, построить ТЭЦ в Крыму, сжигать мусор и многое-многое другое. Скорее всего, как и все предыдущие, эти планы реализуются. Ведь, как можно судить со слов Чемезова, все идеи, которыми он в письмах делится с президентом Владимиром Путиным, находят поддержку.

Идея о раскрытии доходов руководителями госкорпораций. Как вы к этому относитесь?

– Я давно подаю декларацию в налоговую инспекцию и в администрацию президента. Теперь ее еще стали публиковать на сайте. Другое дело, что в этой практике есть вопросы в плане безопасности. Когда мы опубликовали декларации в первый раз, одного из моих заместителей тут же ограбили, пострадала его жена.

А как санкции изменили вашу жизнь и работу?

– «Ростех» под санкции не попал. Попали отдельные компании и лично я. Если говорить о бизнесе – ничего не изменилось: все наши партнеры приезжают, мы здесь с ними встречаемся. Что касается меня – перестал ездить отдыхать в Европу, в Америку и до этого ездил только по необходимости. Теперь с большим удовольствием езжу на Байкал.

То есть в переговорах участвуете, отказа вести переговоры с вами не было?

– Не было. У нас очень много совместных предприятий (СП), где я являюсь председателем или членом совета директоров. Например, у «ВСМПО-Ависмы», где я возглавляю совет директоров, семь лет функционирует СП с Boeing, объемы сотрудничества существенные и продолжают увеличиваться. Никаких проблем не возникает и у нашего СП с Renault-Nissan – Alliance Rostec Auto B.V., там я член совета директоров, мы с [президентом Renault-Nissan] г-ном Гоном ежегодно чередуемся в роли председателя совета директоров. В «Камазе» я тоже председатель совета директоров – там стратегическим партнером выступает немецкий Daimler, с ним продолжается плодотворное сотрудничество. Это отношения, которые выстраивались годами, и нашим зарубежным партнерам невыгодно терять позиции на российском рынке и рушить хорошо выстроенный бизнес.

Были планы создать партнерства с Bombardier, Alcatel, Alstom Grid и др. В какие-то проекты пришлось вносить коррективы?

– Есть ряд проектов, которые не были реализованы. Были только подписаны протоколы о намерениях, но дальше работа не пошла. Но это скорее не по причине санкций – просто не договорились по деньгам или условиям. Те СП, по которым были подписаны обязывающие документы, успешно функционируют.

А из тех, которые не были созданы, на каких вы готовы поставить крест?

– Мы остановили переговоры с Bombardier, с которым хотели совместно производить самолеты в России. Но остановили не по политическим мотивам. Просто комплектующие (а мы их завозим из-за рубежа) слишком дороги сейчас из-за курса рубля – и машины будут неконкурентоспособны по цене по сравнению с российскими самолетами. Несмотря на то что подобного класса современных самолетов у нас нет, мы остановили переговоры. Хотя это не означает, что тема с производством подобных воздушных судов исчерпана.

Подробнее

http://www.vedomosti.ru/business/characters/2015/06/01/594526-mi-poluchili-vozmozhnost-sozdat-vsyo-s...